«Сейчас тренер по льду меня не возит»
- Очень разные ощущения. В прошлом году у меня был осадок от юниорского финала, который до этого тоже проходил в Барселоне. Некое чувство, что я немножко юниорка. А здесь я точно осознавала, что это был взрослый финал — потому что место проведения турнира поменялось.
- И это стало для меня очень хорошим опытом. Я никогда не срывала самый первый элемент, который к тому же каскадный. Получилось, что мне до зарезу надо было делать этот каскад с флипом во второй половине программы. И я рада, что справилась с этой задачей. Могла бы растеряться — но не растерялась.
- В первую очередь всегда критика. Надо всегда понимать, над чем работать дальше. Не могу сказать, что я или мои тренеры довольны какой-либо ошибкой в программе. Ее надо исправлять.
- Это действительно так.
- Порой обидно. Но начинаешь вслушиваться в слова, понимаешь, что это правда — и становится еще более обидно. Но зато ты стараешься ситуацию исправить. Вот так эта система работает.
- До сих пор это вспоминаем. Просто у меня было такое: хороший прыжок делаю — падаю. Хороший прыжок делаю — падаю. Приземляюсь нормально, можно стоять — а я падаю. Ну я же не умею этот прыжок делать, чего мне стоять-то? Вот и падаю. Ну и тренер говорит: «Что, полежать хочешь? Давай, полежи. На льду хочешь поваляться? Давай, я тебя повожу по льду, будешь валяться. Нравится?» Я кричу: не-е-е-е-ет!!! И она говорит: «Вставай и делай!»
- Я тогда маленькая совсем была, «дупель» (прыжок двойной аксель — прим.ред.) учила. Вроде как помогло.
- Нет. У меня и вес немножко не тот, чтобы за коньки меня по льду возить.
«К критике обязательно прислушиваюсь»
- Мне только сегодня об этом сказали, - удивленно рассказывает чемпионка. - Видео еще не пересматривала, а во время проката ничего такого не слышала. Слышала только свою музыку. Что ж такое — то у меня «выступает Илья Скирда», то музыку не ту включают на показательных выступлениях.
- Это Франция. Такое может быть только во Франции.
- Да, и с комментариями!
- Обязательно, потому что это мнение людей, которые смотрят со стороны. А тренеры могут сказать, объективна эта критика или нет.
- Очень редко. В большинстве случаев меня что-то не устраивает. И это странное ощущение - видеть себя со стороны.
- Вот! Это то же самое, как и слушать свой голос в записи. Кажется постоянно — что-то не так.
- Это точно.
«Стадию раскрепощения прохожу до сих пор»
- Я, когда ее увидела после победного выступления, сказала ей: когда я каталась в этом платье, оно не выиграло финал «Гран-при». А сейчас выиграло. Этому платью повезло — у него появился второй шанс.
- Нет, это я ее дернула. Все-таки она еще неопытная, и я хотела, чтобы она себя показала. Говорю ей: пошли. Она отказывается. Я спрашиваю — стесняешься что ли? Она отвечает: нет, просто не хочу. Ну я и потянула ее за руку, говорю, давай, поехали. И в итоге она упала.
- Где-то так, возможно.
- Я до сих пор еще ее прохожу. Бывают моменты, когда очень сильно зажимаюсь. Это, наверное, основная причина, по которой я могу расстроиться после проката. Понимаю, что могу сделать больше, но из-за того, что просто зажалась в себе, не показала своего максимума.
- Элементы вроде бы сделаны нормально, со стороны кажется — хороший прыжок. Но я-то знаю, что могу сделать очень хороший прыжок! Разница есть. И очень часто.
- Я бы не сказала, что в жизни я зажатый человек. И мало кто еще так бы мог сказать.
- С раздеванием, я бы сказала.
- Ну а я и говорю, что не особо стеснительный человек, - смеется Евгения.
- Нет, идея была не моя, а Этери Георгиевны и Даниила Глейхенгауза. У меня очень опытная команда, они точно знают, что для меня лучше. И я доверяю их выбору. Если мне сказали халат сбрасывать — значит, будет все отлично.
- Ну да, знали, что этап «Гран-при» будет во Франции, и на финал планы были. Почему бы и не порадовать зрителей французской музыкой?
«Больше всего не люблю, когда меня жалеют»
- Мы все наполовину артисты. Нужно выражать эмоции, рассказывать истории в программах. А историю ведь невозможно рассказать двумя-тремя словами в том же интервью? Поэтому нужен большой запас слов, чтобы об этом говорить.
- Мое общение зависит от моего настроения. Если у меня что-то не так — все мы люди, и у нас бывают проблемы — то я чаще молчу. Могу пойти, закрыться в своей комнате и не выходить оттуда. Например, если вечером плохое настроение — уйду, чтобы не трепать нервы родителям, и молчу. Но когда у меня хорошее настроение — меня никто не остановит. Как понесет, так понесет.
- Я не пью, - смеется фигуристка.
- Больше всего не люблю, когда меня кто-то начинает жалеть. Это добивает еще больше. Если человек тебя жалеет, значит, думает, что ты слабый, и тебе нужна поддержка. А для меня лучшая поддержка — чтобы мне сказали: «В руки себя возьми, что творишь-то». Это значит, человек хочет привести меня в чувство, чтобы у меня жизнь пошла в лучшем русле. А если говорят: «Женечка, ну не расстраивайся, ничего страшного, сейчас не получилось — в следующий раз получится, в следующий не получится — потом получится, времени у тебя много, вся жизнь впереди», то меня это так раздражает! Трясти начинает. Никогда мне таких слов не говорите!
- Ну кровать все же была двухместная. И мы с Катей очень хорошо общаемся. Подружки же ночуют друг у друга?
- Был. Но Катя сказала: ни на каком диване ты спать не будешь, а то что мне с тобой делать, когда у тебя спина заболит? Я ответила: ну все, решено. Сплю с правой стороны.
- Нет, забыла. Давайте не будем ей об этом напоминать!
- А вы можете в выходной день у прохожих на улице начать интервью брать? Вот и я кататься не хожу.
- Хоть это и любимое дело, вдох-выдох делать нужно.
- Чемпионат России!






